Євген Сивокінь
Одним из свидетелей всего происходящего в отечественной анимации в течение нескольких последних десятилетий, является маэстро Евгений Сивоконь. Мы встретились с ним в аудитории Киевского Национального Университета Театра, Кино и Телевидения им. И. К. Карпенко-Карого, где он преподает на факультете анимации.
Он стоял посреди небольшой комнаты, а вокруг него сидели студенты. Один из них рассказывал мастеру сюжет своей новой короткометражки. А Евгений Яковлевич внимательно слушал, смешно шевеля пышными бровями. На месте этой студентки в течение последних нескольких десятилетий сидели едва ли не все признанные сегодня украинские аниматоры. Ведь большинство из них прошли через мастерскую именно Сивоконя …
Как удавалось этому человеку поддерживать в каждом из своих студентов несколько идеалистическое желание заниматься анимацией во времена, когда почти никаких условий для этого не было? Откуда у этого 77-летнего аниматора берутся силы и вдохновение развивать прогрессивные идеи двадцатилетних студентов? Почему так важно быть немного «крейзи» в нашу пеструю эпоху?
Об этом и другом рассказывает маэстро Сивоконь, умело дирижируя бровями каждой своей мысли.
В анимации последних лет заметна тенденция: фильмов о страданиях — больше, чем о радости…
Как по мне, эта тенденция продолжается уже достаточно давно. Депрессивные фильмы присущи более состоятельным странам. Например, Швеции, Франции, Германии… Там нет столь крупных социальных проблем, как в бедных странах, вроде нашей. Нам, чтобы пережить все эти сложности, нужен юмор и позитив. Поэтому он и отражается в произведениях нашего искусства. А те художники больше занимаются саморефлексией, самокопанием… Они ищут провокационные темы, чтобы шокировать зрителя. Это характерно для современного искусства в целом.
Кроме нормального финансирования, чего еще не хватает отечественной анимации?
Большой недостаток — в слабой драматургии. На сегодняшний день я знаю только одного профессионального украинского сценариста, специализирующегося именно на анимационных фильмах. Поэтому сценарии для фильмов приходится писать самим режиссерам. Но далеко не у каждого есть к этому талант.
В последние годы изменилась система госфинансирования кинематографа. Как это повлияло на анимацию. Стало ли легче работать?
Конечно. Была разработана европейская система грантов, за которую я боролся очень давно. Именно так финансируют кино в Польше, Германии, Франции и других развитых европейских странах. Была создана экспертная комиссия, которая решает, стоит ли выделять бюджетные средства на тот или иной фильм. Я работаю в этой комиссии уже два года.
В частности сейчас заканчивает работу над полнометражным фильмом Александр Шмингун. Его рабочее название — «200 добрых дел». Эта лента сможет выйти не только на украинские, но и на европейские экраны. Кроме того Анатолий Лавренишин снял очень красивую короткометражную работу «Магазин певчих птиц».
Несколько лет назад Лавренишин заявил о своей полнометражной лентой «Книга теней». Как продвигается работа над этой лентой?
Он еще продолжает искать финансирование под этот проект. Как по мне все работы Лавренишина — замечательные. Однако мне больше нравится его еще студенческая короткометражка «Next». Это совершенный фильм. Правда, думаю, короткометражка, над которой он только что закончил работу — лучшая в его творчестве.
                                                                                                                    «Next»
Где сегодня можно увидеть современную украинскую короткометражную анимацию? Кроме фестиваля «Крок», который устраивает только несколько широких просмотров анимации в течение года. И кроме редких показов украинских мультфильмов на нескольких наших кинофестах и киноклубах. Ведь в целом в течение года по всей Украине не наберется, наверное, и двадцати показов, посвященных отечественной анимации.
Это больной вопрос. Так как короткометражная анимация абсолютно некоммерческая — в ней не заинтересованы телеканалы. Из таких мультфильмов можно было бы сформировать целые телепередачи, однако этим никто не занимается. Когда-то я сам вел авторскую телепередачу «Мультипанорама». Этим делом я занимался лет двадцать. Когда-то давно в Киеве был отдельный кинотеатральный зал, в котором показывалась только анимация. И его перепрофилировали.
А Интернет?
Да, сегодня Интернет стал самым широким окном в анимацию. Он мог бы стать решением проблемы с нехваткой доступа к современной украинской анимации.
Насколько активно украинские аниматоры осваивают компьютерную мультипликацию?
На эту тему мне приходится дискутировать со своими студентами. Они доказывают, что за компьютерами будущее, и киберанимация — это круто. Но я — ретроград (улыбаясь — ред.). И как по мне – все искусство делается руками. Компьютерные программы могут только помочь художнику. Вот, например, раньше, когда не было цифровых технологий, — мы снимали фильмы на пленку. Затем отдавали ее на проявку, и ждали неделю, чтобы посмотреть результат. После этого мы вносили правки, переснимали, и снова ждали неделю, чтобы увидеть результат. А сегодня, когда у нас в руках цифровые камеры — результат съемок мы можем увидеть уже через несколько минут.
Но с другой стороны, мне не нравится, что цифровая анимация очень чистая и правильная. В ней нет ошибок. И поэтому она кажется мертвой. Отсутствует энергетика, которая присуща рукотворной анимации. Классическая анимация — это оригинал. А компьютерная — это имитация. Но все равно роль компьютеров в анимации сейчас набирает силу, ведь они существенно упрощают работу над лентой. А на пленку снимают только такие «крейзи», как я (улыбаясь — ред.).
                                                                                             «Засыпет снег дороги»
А что будет с компьютерной анимацией в будущем?
Маятник современной анимации в последние годы отклонялся в сторону компьютерных технологий. Но сейчас он уже дошел до предела и анимация начинает постепенно возвращаться к рукотворным фильмам: кукольным, пластилиновым и т.д. Это я заметил на последних кинофестивалях.
Над чем вы сейчас работаете?
Сегодня у меня есть несколько идей, однако они еще не созрели. За счет опыта я бы мог сделать просто хороший фильм. Однако если в нем не будет хотя бы маленького открытия — нет смысла браться за него. Как говорил Петр Хитрук, фильм надо снимать только в том случае, когда за его сценарий можешь броситься на амбразуру.
Однако состояние анимации в Украине такое, что значительно больший вес имеет не собственное желание снимать или не снимать кино, а именно финансирование. Многие из аниматоров вынуждены снимать рекламу или телевизионные клипы, чтобы собрать деньги на собственные творческие проекты или просто выжить…
Так было всегда и будет в дальнейшем. Коммерческое кино существует для заработка, авторское — для воплощения творческих идей. Система питчинга, которая начала действовать в Украине — как свет в конце тоннеля. Поэтому ситуация с украинскими аниматорами улучшилась. Вообще-то после окончания работы над одним авторским фильмом и до начала работы над следующим, может пройти довольно много времени. И все это время — пока созреют новые идеи — надо за что-то жить. Поэтому многие занимаются коммерческой анимацией, клипами, рекламой и т.д… И так во всем мире.
В одном своем интервью вы сказали, что для того, чтобы анимация вышла на высокий уровень, у нас должна появиться широкая база. По принципу пирамиды: чем шире основание — тем выше может быть его вершина. Стала шире анимационная база в Украине?
К сожалению нет… У нас должны быть школы, кружки или какие-то факультативы, на которых бы формировались молодые аниматоры. И пока всего этого нет — в институт приходят люди, которые вынуждены тратить время на то, чтобы сделать первые шаги в понимании анимации. Но вместо этого, ведь, они должны заниматься более важными вопросами. Правда, сейчас постепенно начинают появляться различные студии, которые открывают курсы, чтобы готовить кадров именно под свои потребности.